eng
 
Завтра, № 19 (1016), 9 мая 2013 г.

Известный самарский инди-проект представил новый альбом, четвертый в издании лейбла "Геометрия" и десятый, согласно официальным источникам, хотя точное число пластинок подсчёту поддаётся с трудом. Песни альбома открывались публике достаточно оригинально — на страничке "в контакте" шёл сериал, в котором представлялись новые произведения группы.
По дороге к альбому "Контора Кука" потеряла одного своего столпа — в свободное плавание ушёл басист-гитарист Данила Телегин, авторству которого принадлежит, например, такая заметная вещь с прошлого альбома "Вирус джаза", как "Трещины". "Чек" сотворён в творческом тандеме лидера и основателя группы Владимира "Кука" Елизарова и шумовых дел мастера Виктора Гурова.
Медленный пост-рок, лаконичный пост-панк с нойзовыми и электронными наворотами. Интересное узнаваемое звучание, приличное сведение. Опять-таки, иногда интонации русского рока, но преодолённого, выведенного на новый уровень. По самоопределению, "Чек" — "шумовые пляски с лирическим отклонением; электронно-нойзовое литературное представление. По сравнению с предыдущими альбомами, "Чек" минималистичнее, здесь ощутимее электронная составляющая.
Новая пластинка привычно наполнена разнообразными аллюзиями — вот Мамонов, вот Джойс, вот киноклассика. И при наличии иногда явных, иногда сомнительных аналогий — это выпукло авторская, оригинальная музыка.
Культурно "Контора Кука" — тонкое и естественное сочетание методов авангарда и классической традиции, хай-тека и корневого рок-н-ролла. Неслучайно, что Кук апеллирует к The Beatles и шестидесятым как некому утерянному абсолюту творчества: "Мне очень близка эстетика 60-х. Там про любой кадр ты за 2 секунды скажешь, что это из 60-х, настолько они были узнаваемыми. Это было очень концентрированное десятилетие. "Девятая рота" — ужасный фильм, просто ужасающий, а некоторым нравится. Я вот думаю, сам-то Бондарчук понимает, что он снял ужасный фильм? Сравните с "Балладой о солдате". Тема похожая, но насколько у Чухрая все точно! А здесь все не то, все мимо" (Интервью "Волжской коммуне").
У "Конторы Кука" вообще очень кинематографический язык. Ассоциации возможны как с экспериментальным кино последних десятилетий, так и особенно с лентами в жанре нуар. Атмосфера беспокойства, сновидческие образы, города-лабиринты, тревожное ожидание, потерянность во времени.
Если верить Борхесу, все сюжеты сводятся к четырём вариантам — осада и оборона города (Троя), долгое возвращение (Одиссей), поиск (Ясон), самоубийство бога (Аттис, Один). "Нуар воспел абсолютное единство всех четырех: пробуждаясь в "мире, где каждый хуже каждого", герой нуара определялся с предпочтительным объектом коллективной обороны, отправлялся на поиски "живой воды" (неразведанных ресурсов предельных мотиваций), обретал собственную недосягаемую половину (предмет вожделения, дарующий моральную неуязвимость) и, рискнув бессмертием, получал неподконтрольное конкурентам блаженство", — заметил киновед Алексей Коленский.
"Контора Кука" умеет произвести гипнотическое впечатление. Вроде бы слушаешь, вникаешь, следишь за перипетиями текста и звуков, но воображение уже уносит прочь, позволяет домыслить ситуации и истории.
По духу "Контора Кука" близка неофициальным шестидесятым, с их поисками, безумствами, мистикой. Кстати, один из легендарных художников советского арт-подполья носит имя Кук, и его "излюбленная манера задавать зрителям упражнение в трактовке".
Голос лирического героя "Конторы Кука" своеобразен — одновременно манерный и исступлённо-личный. Угрюмый визионер и тонкий поэт, пытающийся сохранить "внутренний космос" в мире "большой жратвы".

И как тут не вспомнить слова мудреца
Григория Сковороды
Что этот мир ловил меня, но не поймал
Так беги, брат, беги
Беги, брат, беги, говорю я себе
И мне плевать на совесть и честь
Я просто хотел отыскать то место
Где я уже есть.

Андрей Смирнов
Завтра, № 19 (1016), 9 мая 2013 г.